Запуск нового сайта МХАТ - декабрь 2019 года
Москва,
Тверской бульвар, 22
МХАТ им. М. Горького
Москва, Тверской бульвар, 22
Телефоны: +7 (495) 697 87 73, +7 (495) 629 81 65

«Российская газета»: Руслан Маликов поставил спектакль «Парикмахерша» во МХАТ

28.11.2019

Последний парикмахер появлялся на отечественной сцене в знаменитой в 1980-х годах пьесе Владимира Арро "Смотрите, кто пришел", напечатанной в тогда широко и глубоко влиятельной "Современной драматургией". Он как первый герой грядущего "сервисного времени" покупал профессорские дачи, прибирая к рукам наследство интеллигенции.

Героине Оболдиной профессорской дачи не купить, она типичный "парикмахерский планктон". Но парикмахер в силу соприкосновения с людьми из разных социальных и культурных слоев - от судьи и художника до уголовника и пожарного - не последняя и достаточно типичная фигура нашего "сервисного времени".

По содержанию это спектакль про женскую мечту - наивную, глупую, неосторожную, опасную, по местным меркам красивую, но ведущую героиню к гибели. Она неадекватна, не нужна и, видимо, неизбежна. Как детская попытка взлететь при отсутствии крыльев.

На вечере после премьеры режиссер спектакля сказал мне, что долго следил и продолжит следить за статистикой домашнего насилия над женщинами, которая подталкивала его творческое воображение своей актуальностью.

Но в этом спектакле форма интереснее содержания. Режиссер в нем связал актеров, как призналась после спектакля, Инга Оболдина, "странными жесткими" формами. Герои абсолютно реалистической и современной пьесы ведут себя на сцене с очень высокой мерой условности в заторможенной эстетике кукольного театра. Какие-то их действия напоминают пластику знаменитой куклы Суок из старых добрых "Трех толстяков". Но эта странная, показная манера дает актерам право играть то, что герои чувствуют на самом деле и что обычно в жизни и в реалистическом театре мы прячем. Эта игра с демонстрацией настоящих, незавуалированных, голых, как дети и куклы, некрасивых, но и не безобразных в своей обыденности чувств рождает удивительные эффекты для умеющего видеть, слышать и понимать современный театр зрителя. Возникает какая-то иная красота - не от звука лопнувшей струны, не от глубины переживаемых чувств, а от их логики или, наоборот, абсурдности.

Весь мир сегодня говорит на таких языках, именно они современны. И МХАТ здесь тоже надо пробовать, выходить за рамки заповедника привычных для этого театра форм. Пробы и попытки современного языка неизбежны.

В приглашении на сцену Инги Оболдиной виден по-своему точный расчет умелого продюсера Эдуарда Боякова: она известна в кино со времени "Неба. Самолета. Девушки" и, конечно, интересна как актриса (во МХАТ, кроме Горобца и Дорониной, широко известных актеров почти нет). Ее появление - знак расчета на среднего московского театрала, пусть и не очень глубокого, зато массово идущего в театр на "знаменитого актера". Но Маликов сделал спектакль скорее режиссерский, для другого зрителя - умного, глубокого, готового, не отвлекаясь на кинозвезд, вслушиваться в художественное высказывание режиссера. Как поладят эти две установки в судьбе спектакля, покажет время, критика и кассовые сборы.

Но то, что Маликов умеет говорить на театральных языках XXI века иными, другими, не набившими оскомину кондовыми жестами, безусловная ценность для МХАТ на Тверском. Несмотря на то, что театр сейчас находится в непростой ситуации (его управляющая команда упорно пытается запустить новый и сильный творческий мотор, в то время как кто-то готов засыпать в него песок), он не медлит с премьерами. А премьеры лучшее свидетельство и аргумент в творческих и не очень спорах. В конце концов главное, что происходит в театре, это рождение нового спектакля.

Мой собственный катарсис на этом спектакле обернулся в форму грусти, такой глубокой и сильной, что я оказалась неспособной к бурным аплодисментам - они противоречили пережитому. Но МХАТ все-таки по праву заслужил аплодисменты - за новый шаг.

Елена Яковлева, «Российская газета», 28.11.2019 г.

Фото: Кирилл Иосипенко